Как можно дольше скрывать признаки банкротства, продолжать наращивать долги и заключать невыгодные сделки — этим до сих пор грешат директора небольших компаний. Не отстают и главбухи, которые нередко искажают отчетность и работают с фирмами-однодневками. Все это может закончиться субсидиарной ответственностью. Если фирма обанкротится и денег на погашение требований кредиторов не хватит, платить придется гендиректорам и главбухам. О чем надо помнить, чтобы этого избежать, рассказали юристы. Разобраться помогут единственный учредитель и директор маленькой компании Иван Ильич и его главбух Мария Петровна, которые к советам не прислушиваются.
Не заявлять о банкротстве и наращивать долги
Иван Ильич с каждым днем все грустнее. Долги копятся, погашать нечем. Еще и юристы: вместо того, чтобы работать, все твердят о банкротстве. Что за пораженческие настроения! Где наша не пропадала, решает Иван Ильич и берет кредит в надежде расплатиться.
Руководитель часто не знает, что именно он обязан подать в суд заявление о банкротстве компании. Сделать это нужно тогда, когда станет ясно, что долгов у фирмы больше, чем активов, и выхода из ситуации нет (п. 1 ст. 9 закона «О банкротстве»). Если после сдачи годовой отчетности проявились признаки банкротства и становится понятно, что вовремя погасить задолженность не получится, нужно подавать заявление о несостоятельности организации, подчеркивает Климент Русакомский, управляющий партнер юргруппы PARADIGMA. Задерживаться с этим — одна из тех «плохих привычек», которые чаще всего заканчиваются субсидиарной ответственностью, предупреждает юрист.
Чтобы оставаться на плаву, директора часто наращивают кредиторскую задолженность вместо того, чтобы подать заявление о банкротстве, отмечает Кирилл Чернышев из правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры. Так поступил и Владимир Алиев, экс-руководитель МУП «Управляющая компания «Спектр». Через два месяца после начала работы у предприятия появились признаки банкротства. И Алиев придумал антикризисный план. Решил добиться погашения долгов от потребителей-неплательщиков, установить более высокий тариф на коммунальные услуги и получить субсидию из бюджета. План не сработал, директора привлекли к «субсидиарке» на 9 млн руб. Только в Верховном суде Алиев смог доказать, что наличие такого плана имеет значение. Для «субсидиарки» важно установить, когда именно руководитель должен был понять, что план уже не сработает.
Выводить активы перед банкротством
План с кредитом не сработал. Но Иван Ильич — тертый калач. Он договорился с проверенными работниками своей фирмы. Планирует временно спрятать у них основную часть денег компании. Не кредиторам же отдавать последнее, в конце концов!
Это еще один популярный, но незаконный план, говорит Зоя Галеева, управляющий партнер ЦЕНТР ПО РАБОТЕ С ПРОБЛЕМНЫМИ АКТИВАМИ. Перед банкротством руководители часто начинают передавать активы учредителям или иным подконтрольным лицам. Шансов избежать «субсидиарки» в таком случае практически нет, предупреждает юрист. «Кредиторы и управляющий оспорят такие сделки и потребуют привлечь контролирующих лиц к ответственности. Суду будет достаточно ознакомиться со списком сделок, из-за которых валюта баланса должника уменьшилась в несколько раз, чтобы понять: контролирующее лицо действовало недобросовестно и должно отвечать вместе с должником», — говорит Галеева.
Так, директор ООО «Союздорстрой» Гусейн Гусейнов незадолго до банкротства компании выдал себе и двум ее сотрудникам займы на 121 млн руб. Это вывод активов, решили три инстанции.
Работать с фирмами-однодневками
Пока Иван Ильич старается решить проблемы как может, Мария Петровна усиленно работает, чтобы получить побольше прибыли. На грани банкротства не до выбора контрагентов. Приходится и с «однодневками» связываться. Ну а что делать, если деньги нужны?
Ганин напоминает, что ФНС часто квалифицирует работу с «однодневками» как фиктивную. Обычно при банкротстве просрочки по налогам значительные, поэтому госорган заинтересован в том, чтобы проверить такие сделки и привлечь директора и главного бухгалтера к субсидиарной ответственности.
Есть и хорошая новость для главбуха: при заключении сделок с «однодневкой» такой сотрудник автоматически не считается контролирующим должника лицом (п. 3 Постановления Пленума Верховного суда от 21.12.2017 № 53). Это значит, что в банкротном деле ФНС придется доказывать возможность бухгалтера влиять на деятельность компании.
Раиса Тулякова* с 2003 года работала главбухом в «Амуршина-Хабаровск». Когда через 12 лет компания начала банкротиться, конкурсный управляющий заявил, что Тулякова вместе с гендиректором заключала сделки с «однодневками». Но суды никого не привлекли к субсидиарной ответственности, потому что не увидели связи между сделками и банкротством, и дополнительно указали, что Тулякова была только главбухом, а не контролирующим лицом.
Искажать бухотчетность
Уже несколько месяцев у Марии Петровны сердце не на месте. Долги фирмы все больше, а Иван Ильич — все печальнее. Старых товарищей в беде не бросают, решает Марья Петровна и придумывает свой план по спасению бизнеса. Пока Иван Ильич обивает пороги банков, она понемногу правит бухотчетность, чтобы снизить налоговую нагрузку на компанию.
Искажение бухгалтерской отчетности или ее отсутствие — это самостоятельное основание для привлечения к субсидиарной ответственности, предупреждает Чернышев. Вести и вовремя сдавать отчетность должен главбух. При банкротстве арбитражный управляющий обязан проверить такие документы. И если найдет в них ошибку, потребует привлечь главбуха к «субсидиарке».
В пример можно привести дело № А63-577/2015. Елена Феофанова 12 лет была главбухом финансово-строительной компании «Гарант». Во время банкротства компании выяснилось, что женщина искажала отчетность и документы бухучета. Феофанова пыталась сослаться на то, что не является контролирующим компанию лицом. Но 16-й ААС не принял этот довод. За правильное оформление отчетности отвечает главбух, напомнила апелляция и привлекла Феофанову к «субсидиарке» вместе с экс-директором.
Заключать невыгодные сделки
Постоянный клиент хочет купить склад, которым фирма Ивана Ильича почти не пользуется. Контрагент знает, что дела у компании идут не очень, поэтому просит скидку. Ивану Ильичу не до споров, да и времени искать других покупателей нет — он соглашается продать помещение не по рыночной цене.
Заключение или одобрение сделок компании на заведомо невыгодных для нее условиях — одно из самых распространенных оснований для привлечения к «субсидиарке», говорит Ганин. Например, выкупленный в лизинг автомобиль продается по остаточной стоимости, которая не соответствует рыночной. С точки зрения бухгалтерского учета такие сделки, как правило, вопросов не вызывают, признает Карина Сидорова, руководитель практики антикризисного управления и банкротства Дювернуа Лигал. Но при банкротстве оспариваются как подозрительные.
В 2019 году ВС разъяснил, что презумпция невыгодной сделки работает только тогда, когда сделка очевидно невыгодная. Чтобы это понять, надо сопоставить потери компании с масштабом ее деятельности и размером требований кредиторов.
При заключении договоров о продаже и залоге недвижимости или других основных средств компании Ганин рекомендует заказывать независимую оценку рыночной стоимости вещи. Такое исследование подтвердит, что директор выбрал обоснованную цену.
Источник Pravo.ru